Snail the Winner

Окончание рецессии не означает окончания кризиса. Они соотносятся примерно как гипертоническай криз и гипертоническая болезнь.  Криз прошел, болезнь осталась, и может в любой момент проявиться новым кризом.

Основной “долгоиграющей” макроэкономической проблемой (= “гипертонической болезнью”) есть и, в ближайшие годы, будет структурная перестройка поведения потребителей в развитых странах.

Мировой экономический рост двух последних десятилетий во многом покоился на двух “китах” в развитых странах:

• активное кредитование и
• увеличении благосостояния за счет роста цен на материальные активы: недвижимость и акции.

Государственный университет

Первый компонент есть не что иное, как проедание сегодня того, что можно было бы потребить завтра. Постепенно-постепенно объем долгов физических лиц в США достиг 14 трлн. $ или порядка 90 тыс. $ на каждого, входящего в рабочую силу. Это размер дыры, “прогрызенной”  ранее, в 90-х и первой половине 2000-х годов, в текущем и будущем спросе на товары и услуги - и только в США.

Надо сказать, что нет какой-то черко очерченной границы, выше которой долговая нагрузка становится неприемлемой. Размер кредита - это, прежде всего, вопрос доверия. Очевидно, что сейчас это доверие подорвано и надолго, причем с двух сторон. С одной стороны, банки потеряли доверие к способности заемщиков возвращать полученные кредиты, и отсюда продолжающееся ужесточение условий предоставления кредитов. С другой стороны, заемщики сами ощущают неуверенность в своей способности отдавать взятые кредиты - и отсюда достаточно низкий спрос на кредитование и рост нормы сбережения.

Второй компонент, в ходе почти непрерывного роста цен на недвижимость и акции, подпитывал первый. Люди ощущали себя богаче, чуствуя рост стоимости тех активов, которыми они владели и, поэтому, охотно тратили деньги, в том числе беря их взаем. Основную роль здесь играли цены на недвижимость, так как большинство американских семей владеют ею.

Сейчас, когда цены на недвижимость упали в среднем на 20% и нет больших надежд на их быстрое восстановление, оказалось, что рост благосостояния растаял как мираж.

Все это говорит за то, что происходящие сейчас структурные изменения поведения потребителей в развитых странах  (=”затягивание поясов”) растянется надолго.

Государства смягчили экономический шок путем перекладывания части существующих и новых долгов потребителей на свой счет. Однако, государство - это, в конечном итоге, те же люди. Отдавать долги все равно придется им, или путем прямого повышения налогов или через режим высокой инфляции (=непрямой налог). По сути, все, что может сделать государство - это растянуть период выплат, за счет того, что долги государств в силу своей большей надежности имеют большую дюрацию, чем долги физических лиц.

Мотор мирового экономического роста в лице потребителей развитых стран, судя по всему, надолго и всерьез сбавил обороты. Именно это  заставляет меня считать, что происходящее сейчас оживление носит временный характер, и, вероятно, сменится или застоем или второй рецессией чуть позже - в 2010-2011 гг.

Могут ли потребители развивающихся стран, и, прежде всего, Китая, взять на себя роль нового мотора мировой экономики?

Пока мой ответ - нет, из-за слишком низкой точки старта. Спрос потребителя США примерно в 20 раз “толще” спроса потребителя из Китая.

Рис. 1. Развитые страны ответственны за 60% мирового потребительского спроса. Китай не в состоянии заместить своим ростом их снижение.

Что все это значит для торгующих? На мой взгляд, только то, что на ближайшие два-три года сохраняется риск значительного снижения рынок акций - и больше ничего.

Важно, при этом, понимать, что риск - это только потенциал события, а не само событие. Риск может как реализоваться, так и нет. Лично я полагаю, что этот риск реализуется.

Во-вторых, никто не может знать, когда он реализуется, что именно послужит триггером. Я уже давно полагаю, что толчком для снижения может послужить переоценка перспектив прибылей в 2010 году, и пока не вижу оснований менять эту точку зрения.

Много это или мало: знать только то, что такой риск есть?

На мой взгляд - это и достаточно много, и весьма мало.

С одной стороны, это понимание того, что угроза носит объективный характер. Она - есть, она не придумана.  

С другой стороны, угроза может оставаться угорозой годами. Хороший пример - это перекупленность рынка акций в США в 1999-2000 годах.

В этой ситуации каждый должен сам для себя решать, какой риск для него является основным - риск неполучения прибыли из-за пропуска роста рынка акций или риск получения значительных убытков в случае его снижения. Лично для меня превалирующим является второй.